Проживал по адресу: Сумгаит, 12 микрорайон, д. 34, кв. 33
Работал на Сумгаитской фабрике объемной пряжи
27 числа мы с супругой поехали в Баку, сделали покупки
и примерно в 5 часов вечера вернулись в Сумгаит. На автовокзале встретили
мою родственницу, разговорились. А неподалеку у магазина собралось
много людей. Ну, мы сначала не поняли, что там такое, потом подходит
ко мне один знакомый парень, азербайджанец, и говорит: "Вы что
тут стоите, немедленно идите домой!", Я спрашиваю: "В чем
дело?". А он: "Вы что, не видите, там перевернули машину
и убивают армян!". Он мне помог, остановил такси, и мы благополучно
приехали домой.
Два дня просидели дома. За это время одна группа бандитов
пришла к нам во двор. Но соседи не дали, не впустили их в дом. А было
их человек
80. В руках палки и куски арматуры. Кричали - не поймешь что. Не один
голос, не два, все хором кричали там. Повернули к 35 дому. Поднялись
на третий этаж, видим - стекла бьют, вещи выбрасывают. Через какое-то
время выходят из подъезда: у кого в руках джинсы, у кого - магнитофон,
гитара. Пошли дальше, в сторону магазина автозапчастей.
Нужно было спасаться.
Первого марта в первом часу ночи мы пошли прятаться в тридцать третью
школу, что в 13 микрорайоне. С нами там оказались
еще две армянские семьи. Всего нас было тринадцать человек. Из них
я раньше знал только Эрнеста, он переехал в Сумгаит из Кировабада.
В школу нас впустил сторож-азербайджанец. Он сначала не хотел. Но нам
некуда было деваться. Вынуждены были просить, уговаривать. Нам сказали,
что в этот день, первого числа, будет нападение на наш микрорайон.
Мы
все поднялись в класс на втором этаже. По городскому радио были названы
три телефонных номера, по которым можно было обратиться за
помощью, сообщить что-то важное. Я позвонил, трубку взял первый секретарь
Сумгаит ского горкома партии. Я попросил о помощи. Говорю: "Находимся
в 33 школе, эвакуируйте нас". Ну, он говорит: "Я вас взял
на учет, ждите, сейчас пришлю по мощь". Голос его я знаю. Первый
секретарь был у нас на фабрике, я с ним лично разговаривал. Когда я
позвонил, он сказал: "Муслим-заде вас слушает".
Примерно через
два часа после звонка мы услышали крики у школы. Посмотрел в окно: примерно
100-120 человек, и требуют: "Армяне, спускайтесь,
мы пришли забрать вас". В руках палки, топоры, арматура. Сторож
сидел с нами, спрашивает: "Куда мне деться?". Я говорю: "Если
вам дорога жизнь, то спуститесь вниз, скажите, что армяне были здесь,
но ушли". Он так и сделал. Спустился, говорит: "Армяне были
здесь. Я, говорит, - открыл черный ход, они оттуда вышли, в ту сторону
пошли". И рукой показал. И вот эта масса с криками, шумом пошла
в ту сторону, куда охранник махнул рукой. Так что обещанная помощь
прибыла. Прислал же! Вместо солдат он своих "солдат" прислал.
Я уверен, что это устроил Муслим-заде. Ведь никто не видел нас, когда
мы заходили в школу, никто не знал, что мы там находимся. Во всяком
случае, мы оставались в школе до семи утра, и никакие солдаты к нам
с помощью не подоспели.
Утром мы пошли в микрорайон, к моему родственнику,
оттуда солдаты нас эвакуировали в клуб СК. В клубе было полно народу,
и перед нами
тоже было полно людей, места свободного не было. Один маленький ребенок,
примерно трех месяцев, прямо у меня на руках умер. Ни одного врача,
ничего не было. Ребенок был цел, никаких ран или ушибов не было. Был
тяжело болен. Ему делали искусственное дыхание, все, что можно было
в тех условиях, но спасти не смогли. А мать и отец - молодые армяне
- были рядом, на полу...
В СК я стал искать отдельное место, потому что
у нас тоже есть маленький ребенок, хотел какую-нибудь комнату найти,
чтобы семью собрать туда.
Поднялся на третий этаж, там было очень много солдат - перебинтованные,
палками, хромые, с разбитыми головами, Страшно было смотреть на них.
Все - молодые ребята. Среди армян тоже было много перебинтованных.
Все битые, все плачут, орут, зовут на помощь. Я считаю, что городской
комитет
никакого внимания не обратил на нас. Правда, поставили ларек: одна
сосиска - 30 копеек, 40 копеек. Пачку печенья, что стоит 26 копеек,
продавали за 50 копеек, бутылку лимонада за рубль.. Дешевле нельзя
было брать. Там я встретил своего старшего дядю Арама Михайловича.
Увидел меня, И сразу слезы на глазах. Всю жизнь он мне внушал, какие
мы дружные народы, вместе работаем, у него всегда гости были, азербайджанцы.
А тут увидел меня и ничего не может сказать, только плачет. Можно понять,
конечно.
